Из новой книги

Первый тайм мы уже отыграли

Он чувствовал, что финал близок. Острые боли ушли, превратившись, под влиянием наркотиков, в постоянный болевой фон. Он не помнил уже, когда у него не болело. Врачи приходили всё реже, с ним они старались не говорить и не встречаться глазами. Он тоже не стремился к разговору, спектакль были сыгран, осталось достойно завершить последнюю — немую сцену. В палате, несмотря на постоянные проветривания и кварцевания, стоял стойкий запах гноя и рвоты. Родных уже видимо предупредили и недавно они приезжали попрощаться. Ехать из их отдалённого небольшого городка в почти столицу было далеко, и было понятно, что в случае начала агонии они никуда не успеют, хотя умирать, как ему рассказал подвыпивший доктор, придётся долго, часов так двенадцать. Жена жалко улыбаясь молола всякую милую чепуху, старалась не плакать, старшая дочь тоже старалась, но у неё не получалось, а младший сын недоумённо разглядывал такого знакомого и вдруг ставшего таким чужим, вплоть до запаха, мужчину…

Он чувствовал, что финал близок. Издевательски медленно текло время. Финала уже хотелось, хотя и было мучительно страшно. Сегодня его почему-то отпустило, и он открыл интернет. Лучше бы он этого не делал. На сайте местной газеты он прочёл, что вокруг его большого дома и небольшого бизнеса уже началась мерзкая суета. Как из под воды повыныривали его как будто бы родственники и, заручившись поддержкой в местной администрации и полиции начали продавливать отказ ещё несостоявшейся вдовы от принятия наследства. Вдруг обнаружились, никогда не существовавшие долги, прикрытые решениями арбитражного суда. Он прекрасно понимал, как это делается, и его охватили гнев, боль и отчаяние. Он верил каждому слову статьи, которую написал его давний друг, видимо, пытающийся отстаивать интересы жены друга. Да и сам-то друг был из такого десятка, что даже не будь это жена друга, он всё равно бы стал помогать несчастной женщине. Знал он хорошо и начальника местной полиции – редкостного прохвоста, получавшего деньги со всего, что хоть как-то экономически шевелится на «его земле» и не упускавший ни одной, даже самой сомнительной сделки, где мог откусить кусочек пожирнее. Да и глава администрации не раз отжимал небольшие бизнесы в пользу своих детей. Жалобы на него тонули в аппарате губернатора Яковской области, чиновники которой очень любили поохотиться в местном заповеднике…

Он чувствовал, что финал близок. Но лежать и ждать конца уже не мог. Его лихорадило, температура то поднималась до сорока, то вновь опускалась до привычных тридцати семи, он был весь мокрый как будто лёг в постель сразу же после принятия душа, тем не менее, он попросился домой. К его удивлению всё сразу же завертелось, все тут же забегали и ему даже выделили машину для поездки домой и наркотики для обезболивания на неделю. Его привезли домой. Растерявшаяся от неожиданности жена встречала его с не сходящей с лица судорогой виноватой улыбки, но он сказал просто: « Я всё знаю» и она сломалась, ушла в комнату, упала навзничь на диван и разрыдалась. Ему было муторно, голова кружилась, ноги подгибались от слабости, но он просто поставил перед нею стакан с водой и валерьянку и сел за интернет и телефон. Первой прибежали на его зов друг – журналист и бывшая любовница, на сей раз в качестве медицинской сестры, сам себе он уколы ставить так и не научился. О том, что он приехал, тут же стало известно всем и в первую за многие месяцы ночь его семья и жена спали спокойно…

Он чувствовал, что финал близок. Но он сказал себе – нет, не сейчас. Вместе с однокурсником теперь известным сибирским целителем он составил себе целую программу лечения, нужно было, во что бы то ни стало продлить его жизнь, здесь каждый день имел значение. Сибиряк выслал ему травы, настои, китайские лекарства весьма противного вкуса, дорогие немецкие таблетки, которые назначал последний из лечащих врачей. И борьба за собственность велась одновременно с борьбой за жизнь. Прилетевший по его вызову из Питера сослуживец, сейчас известный юрист, поглядев на него, отказался от любой формы гонорара, и тоже включился в борьбу, подключив к ней ещё и свои немалые связи…

Он чувствовал, что финал близок. Он уже был готов, но не сейчас, пока ещё рано, рано…. И день, проходил за днём и, вероятно, благодаря его неустанным мольбам ничего не случалось. Он выматывался так, что ночью как и днём обезболивающие уколы стал ставить всё реже и реже, пока не обнаружил, что проспал всю ночь без наркотиков. Но если в днёвной суете и нервах он ещё мог объяснить себе свою удивительную терпеливость, то уменьшения болей ночью все эти причины уже никак не объясняли. Тогда он прислушался к своим ощущениям и понял, что боли уже терпимы, а температура, как он вдруг осознал, уже пару недель была почти в норме. До конца борьбы было ещё далеко, бюрократическая машина так просто не сдавалась и потому, порадовавшись немного своим успехам, он вновь ушёл с головой в борьбу, напрочь выбросив из головы всякие мысли о смерти. Наконец, после долгих усилий множества друзей, знакомых и не знакомых ему людей пришёл ослепительный миг победы! Вся собравшаяся, в том числе и по скайпу, компания поздравляла его с этим успехом, как-то странно на него поглядывая. Вы чего это? — недоумённо спросил он — и вдруг осознал, что по прогнозам врачей он должен был умереть ещё девять месяцев назад! Он внимательно прислушался к себе и вдруг понял – он будет жить…

20:44
393
Загрузка...